Нужно лишь желание помочь: как волонтёры со всей страны спасают побережье Анапы
Загрязнённая рыба, мазут на пляжах и дне моря, чрезвычайная ситуация федерального уровня. Власти региона утверждают, что курортному сезону в Краснодарском крае ничего не угрожает, даже несмотря на масштабный разлив нефти.
15 декабря в Керченском проливе потерпели крушение танкеры «Волгонефть-212» и «Волгонефть-239», перевозившие более девяти тысяч тонн нефти.
В МЧС сообщили, что судно «Волгонефть-212» подало сигнал о бедствии – у него оторвало носовую часть примерно в восьми километрах от берега в Керченском проливе. Следом за ним «Волгонефть-239» сначала лёг в дрейф, а затем сел на мель в восьмидесяти метрах от порта Тамань.
Федеральное агентство морского и речного транспорта заявило о разливе нефтепродуктов, однако, какое их количество попало в окружающую среду, неизвестно. По оценке главы Минприроды Александра Козлова, в Чёрное море вылилось минимум четыре тысячи тонн нефти. Нефтепродукты вынесло на побережье Краснодарского края, загрязнение растянулось на 54 километра.
На ликвидацию последствий экологической катастрофы приехали тысячи волонтёров со всей России, ехали целыми семьями. И во время новогодних каникул работы по ликвидации ЧС на побережье Анапы и Темрюкского района Кубани не прекращались. Добровольцы со всей страны, спасатели и жители Краснодарского края с раннего утра и до позднего вечера очищали и очищают берега от нефтепродуктов, пытаются спасти пострадавших животных.
Корреспондент «Зари» тоже не осталась в стороне и приняла участие в ликвидации последствий разлива нефтепродуктов.
«Беда экологическая»
Прямая линия с президентом в 2024 году длилась четыре с половиной часа. За это время ему задали два экологических вопроса, один из которых касался ЧП в Керченском проливе.
Жительница Кубани прислала видео с побережья, где показала работы по очистке пляжей от мазута и спасению птиц. Она сообщила, что волны продолжают выносить топливо на берег и силами одних только волонтёров не справиться.
Путин согласился, что случившееся – «беда экологическая». По его словам, с затонувших танкеров в море попало сорок процентов топлива. Он заявил, что каких-то дополнительных мер, кроме тех, которые уже предпринимаются, не требуется. Президент также подчеркнул, что работу стопорит шторм и её необходимо разделить на два этапа: избавиться от топлива на берегу и оградить загрязнённый участок бонами, чтобы не дать пятну расползтись.
Сизифов труд
Больше трёх недель на Черноморском побережье работают волонтёры: убирают мазут, расчищают пляжи и делают всё возможное для спасения акватории. Мешают сложные погодные условия, добровольцы трудятся при сильном ветре. Волны выносят из моря всё новые порции мазута.
В соцсетях люди ведут активные обсуждения на предмет того, что в Чёрном море нельзя будет купаться в ближайшие десять лет, но региональные власти говорят об обратном. Например, губернатор Краснодарского края Вениамин Кондратьев ранее заявил, что курортному сезону быть и к потеплению на пляжах черноморского побережья не останется и следа мазута. В это пока верится слабо.
Я присоединилась к телеграм-чату «Анапа. Волонтёры моря» через неделю после крушения танкеров. На сегодняшний день в сообществе более 22 тысяч участников. И их число постоянно растёт.
Здесь волонтёры оповещают друг друга о новых выбросах мазута, запрашивают средства индивидуальной защиты, координируют поездки на побережье, помогают с поиском временного жилья, берут попутчиков, чтобы вместе доехать до Анапы.
Узнав, куда нужно ехать, долго не раздумывала и отправилась в путь 1 января. По приезду зарегистрировалась в едином штабе села Витязево, бесплатно получила одноразовые средства индивидуальной защиты (защитный костюм, респиратор, перчатки, очки и бахилы для обуви). Инвентарь (лопаты, совки и мешки) выдавался непосредственно на местах работы.
Когда подходишь к морю, прямо у берега и под водой видны чёрные разводы из мелких частиц мазута. На некоторых частях пляжа можно встретить раковины рапанов и других погибших моллюсков.
На пляже я увидела небольшие кучи нефти вперемешку с песком – результат работы добровольцев накануне. Волонтёры трудятся парами: один держит мешок, другой грузит. Некоторые работают не лопатами, а руками, перекладывая огромные куски клейкой чёрной массы в мешки.
Спецслужб по побережью работает мало, и это выглядит пугающе. В Витязево мне встретилась бригада МЧС из нескольких десятков человек. Спасатели, как и обычные волонтёры, орудуют лопатами. Тракторы задействованы только для вывоза мазутных мешков.
Находиться больше трёх часов на пляже не рекомендуется – испарения очень токсичны, начинается головокружение. Поэтому многие трудятся посменно.
Работа заключается в поиске видимых загрязнений. Часто приходится разрывать песок и откапывать нефтепродукты, а затем собирать эти кучи и складывать в мешок. Через несколько часов понимаешь, что «ручная возня» – сизифов труд. Результат проделанной работы практически неощутим, и приходит осознание собственной беспомощности.
Каждый осознаёт: мазут никуда не денется и нужны руки для его уборки. Но все также знают, что скоро придёт шторм и их работа будет помножена на ноль – волны принесут новую порцию мазута. Одними людьми с лопатами не победить, нужна помощь федерального уровня.
Кроме того, штабы не могут разместить всех прибывающих волонтёров. Вопрос с поиском жилья нужно решать самостоятельно. При этом некоторые владельцы гостевых домов и гостиниц завышают цены и ведут себя неприветливо, когда доброволец приходит с пляжа в грязной одежде и обуви: боятся, что те «замарают» номер мазутом.
Переработка загружена
Первый выброс мазута на кубанские пляжи зафиксировали 17 декабря. С тех пор собрано больше тридцати тысяч тонн загрязнённого грунта. Такой огромный вес объясняется просто: отделить мазут от песка и камней в полевых условиях невозможно. Поэтому всё загружают в мешки и вывозят на утилизацию.
По оперативным данным, с пляжей Анапы и Темрюкского района уже вывезли 73 тысячи тонн замазученного песка. По словам губернатора Краснодарского края, проделанная работа – только начало. Эксперты подсчитали, что необходимо вывезти ещё не менее двухсот тысяч тонн грунта.
Большая часть груза уходит на площадку временного хранения в хуторе Воскресенском. Замазученный песок принимают на переработку четыре компании. Утилизацию временно остановили: предприятия не справляются с нагрузкой.
Площадки складирования перед процедурой обеззараживания заполнены, вывозить новые партии смогут после того, как будет частично утилизировано то, что уже размещено на этих предприятиях.
Птицы в мазуте
Штаб на улице Черноморской в селе Витязево – здание автомойки, которое было предоставлено волонтёрам. «Грязный» цех для мытья птиц, «чистый» – куда их передают после. Отдельное помещение – для инвентаря и вещей добровольцев, рядом на базе расположено кафе, полевая кухня с едой, водой и горячими напитками.
Разместить внутри всё и всех невозможно, поэтому на улице в любое время суток кипит жизнь и множатся следы спасательной операции: бочки и канистры с мазутной водой после помывки птиц, коробки для новых «пациентов», в которых уже проколоты дырочки, пакеты с ветошью, оттаивающая рыба для кормления.
Туда-сюда бегают люди в защитных костюмах и респираторах. На спине каждого «птичьего» волонтёра написано имя, а иногда и функция, которую выполняет человек (координатор или ветеринарный врач).
Атмосфера в птичнике напоминает ковидные времена: те же средства защиты, та же усталость в глазах людей и невозможность бросить «пациентов».
Птицы, когда сами чистят перья от мазута, глотают его. А так как он токсичен, то в первую очередь нужно зафиксировать их, не дать возможность дотянуться до оперения. А после предстоит очистка желудка – введение толчёного активированного угля с водой через зонд. Поэтому на одного пернатого пациента нужно два человека – один держит, а другой оттирает перья.
У каждой птицы своя коробка с пелёнкой, номером, комментарием о состоянии здоровья и расписании приёма сорбента и глюкозы, а также кормлении.
Ветеринары осматривают пернатых на предмет ран, переломов, вывихов или повышенной температуры. Затем им моют клюв и носовые проходы, закапывают глаза каплями для заживления роговицы, дают воду, сорбент и аккуратно заклеивают кончик клюва. После мытья клюв снова проверяют – может быть срыгивание мазута. Тогда его вновь очищают и отправляют на сушку.
В штабе на улице Жемчужной оборудовали тёплое помещение для первичной реабилитации. Здесь пострадавших поят водой, дают сорбент, продолжают кормить и даже смачивают лапы водой, чтобы кожа не высыхала и не трескалась.
В основном состояние птиц стабильное. Они «переговариваются» между собой, самостоятельно чистятся, выглядывают из коробок. Но есть и слабые особи, требующие повышенного внимания ветеринаров.
Большая часть спасаемых птиц относится к семейству поганковых: чомги, черношейные, большие и малые поганки.
Попадается и другая живность. Так, среди птиц на сушке оказалась красноухая черепаха, которой дали кличку Рафаэль.
Ветеринары и волонтёры спасли свыше 1 800 птиц. С Жемчужной их направляют на передержку в центр реабилитации «Пеликан» – Ставропольское отделение Российского биологического общества.
Мнение экспертов
Однозначной оценки происходящему эксперты в сфере экологии пока не могут дать. На данный момент доподлинно неизвестно, сколько нефтепродуктов попало в Чёрное море и как скоро будет завершена очистка дна. Не уточняется и то, когда поднимут затонувшие танкеры из моря, какой процент топлива успел вытечь из ёмкостей к сегодняшнему дню. Сейчас специалисты могут только предполагать, и версии пока не радуют.
Аварию 2024 года сравнивают с подобной, произошедшей в 2007-м. Тогда танкер «Волгонефть-139» также потерпел крушение в Керченском проливе. В итоге до двух тысяч тонн нефти вылилось в море. Из-за этого погибло около тридцати тысяч птиц и ещё столько же были испачканы мазутом, что, скорее всего, привело их к гибели.
Мазут – агрессивный продукт. Его много остаётся в виде мелких фракций в песке на пляжах. С приходом тепла всё это будет плавиться и растекаться. Море надо очищать сорбентами и вылавливать сгустки, пока они не доходят до берега. Спасательные работы, к сожалению, недостаточно эффективно организованы, по мнению учёных. Отмечают, что разлив мазута в этой области может нанести значительный ущерб морской экосистеме, прибрежной зоне и туристической отрасли. При этом окончательные цифры станут известны после завершения комплексных экологических исследований.
Загрязнённая почва может оставаться токсичной до года. Один из эффективных способов очистки – вывоз загрязнённого грунта на специальные полигоны и завоз чистого.
По данным научных исследований, экологические последствия разливов нефти могут быть длительными. Например, исследование последствий аварии танкера Exxon Valdez в 1989 году на Аляске показало, что экосистеме понадобилось более двадцати лет для полного восстановления. В случае с Анапой при должной работе по ликвидации последствий время восстановления экосистемы может быть сокращено до одного года или нескольких лет.
Эколог Дмитрий Лисицын вместе с экологическим юристом Наталией Лисицыной обратили внимание на возраст затонувших танкеров: 51 и 55 лет. Они отметили, что в практике судоходства критический возраст –
25 лет, после чего риски для безопасности судна резко возрастают.
При этом один из затонувших танкеров, «Волгонефть-239», в регистре имел статус «08 - Приостановлено действие документов». Лисицыны поясняют, что он вообще не имел права выходить в море. Но даже если бы и имел разрешение, у него должно быть ограничение по высоте волн в два метра. А в момент кораблекрушения, как подчёркивают Лисицыны, высота волны была 3,5 метра.
Помощь волонтёров в окрестностях Краснодарского края будет нужна ещё очень долго. Из моря постоянно выносит куски мазута. Работы на побережье – не на дни, а на месяцы.
Добровольцев и техники не хватает. Когда оцениваешь фронт работ и количество людей на берегу, понимаешь: это капля в море. На мой взгляд, задача любого – не остаться в стороне и сделать хотя бы какой-то шаг, чтобы устранить последствия катастрофы.